F.R.P.G. FALLOUT

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » F.R.P.G. FALLOUT » Гекко » Мастерская Скитера


Мастерская Скитера

Сообщений 181 страница 210 из 278

181

Девочка задумчиво взглянула на укладывающегося спать старика, слабо улыбнулась. Задремавший Феликс перестал быть похожим на вредного старикашку, а превратился в усталого, умудренного опытом человека. Сон снимал маски, открывал истинное лицо человека. Может, Бек и поспешила с выводами о вредоносности старика, но то, что он стремится только за выгодой, показалось уже не таким незыблимым, а желание закончить свой век в уюте, пусть и в одиночестве, без близких людей - вполне логичным. Обрадовавшись логичности своих выводов, она взглянула на лежащего в тяжелом забытьи Карла. В его расправившемся без боли лице тоже была усталость, но будто другого рода. Вир смотрела в лицо воина, она это знала. И ей было жаль, что он потерял глаз, ведь он уже лишился руки. Но она понимала, что  это его только укрепит, как укрепило когда-то ее. Девочка улыбнулась своим мыслям. Однако она боялась, что во сне она будет такая же, как открытая книга. Но ей было интересно, что же написано во сне на ее лице. Но эти мысли она быстро отогнала, устроила вещи, которые держала, на полу, подошла к Люси, которая раздевала Карла, и молча забрала вещи стрелка, освобождая девушке руки, внимательно слушая ее историю:
-Он выкарабкается, я знаю. И ты знаешь, но не хочешь верить. А делаю не я, а мои руки. Меня этому пытались научить, а они, - Бек продемонстрировала руку, - запомнили.
Она только нервно засмеялась.
-А Свитса я уже в Гекко встретила. Мне всегда было любопытно, как гули живут. Ведь, наверное, так же, как до войны. Это же интересно. Лю-бо-пыт-но. Заглянула в один дом, а на меня оттуда гулиха с ружьем. В платье. В цветочек! Представляешь? Она гниет, платье гниет, а она на меня с пушкой. Ну я и убежала. А потом уже Терренса с Вольтом встретила. Они игрушку ковыряли. Не знаю, что их люда привело, но они собирались в ГУ уйти. Вернее Вольт хотел его утащить. А Свитс перегрелся, я его водой поила. Ведь инженера в таком состоянии в пустошь - гекконам на корм. Ходить плохо мог. Потом я его на свалку потащила. Она тут огроооомная. Столько всего! Даже нашла штучку.. Но, кажется, уже потеряла в кармане...
Вир захихикала.
-Знаешь, я тут подумала, поищи кого-нибудь, у кого язык подвешен, да расскажи о приключениях. Круче довоенного романа будет! - Бекки закатила глаза, а потом очнулась и покраснела.
-Что-то я совсем разболталась...

182

- Бекки, ты не права - я хочу верить. Очень хочу. Но я еще никогда с этим не сталкивалась так вот, понимаешь? У нас раненых всегда уносили в больницу, если рана такая тяжелая, а легкие прямо на месте латали. Я только пулю могу выковырять из руки там или ноги, если не сильно глубоко сидит. Ну, в ожогах разбираюсь еще - с таким-то чокнутым братом! Перевязку еще сделать могу. Ну и всё. Не было у нас дома книжки, как человек внутри устроен, - Люси вздохнула, вспоминая оставшийся дома книжный шкаф, в котором было много интересного, но ни одной книги по анатомии или медицине, - Ну где же вода? За смертью их посылать!
Обнаружив в углу прикинувшегося кучкой ветоши Вольта, Люси не пришла от такой находки  в восторг. Даже если вздорный старик крепко спал, что не факт, она не принадлежала к тем многочисленным на Пустоши девушкам без комплексов, которые не стесняются чужих глаз, раздеваясь. Карл ее если и смущал, то мало - слишком мала была вероятность, что он очнется до утра. Однако, трогать Вольта Люси постеснялась, оставив это на долю Дэнни.
- Значит, ты не рабыня Терренса? Вот и хорошо! А то Дэнни бы его точно убил. А это уже лишнее. Хватит на сегодня крови... - Люси справилась с пряжкой ремня и теперь стаскивала со Стрелка брюки, перепачканные в крови и пыли. Кажется, Дэнни придется сходить за водой еще не раз. Бросив взгляд на последнюю оставшуюся деталь одежды, смутилась было, но потом махнула рукой - не оставлять же одну вещь грязной из-за дурацких предрассудков. Да еще настолько грязной. Закрыв глаза, чтоб не смущаться еще больше, Люси окончательно раздела киборга и тут же, не открывая глаз, на ощупь, нашла свое одеяло и накрыла его. Карл незаметно перешел для нее в разряд своих. А свои - это практически семья, о них надо заботиться, как о себе. Тем более, что их мало. В ее любимой книге для этого было подходящее слово - ка-тет, то есть единство людей, связанных ка - судьбой. Пожалуй, и девочка Бекки попалась им на пути не случайно. А вот у Вольта и Терренса явно был какой-то свой путь, в другую сторону.
- А если ты не из Волт-Сити, то откуда? Здесь ведь больше поблизости и городов-то нет.

Отредактировано Люк Мур (2011-07-21 21:35:59)

183

-Не всегда есть больницы, вот в чем фокус, - Бек только пожала плечами, слабо-слабо улыбнувшись, - хотя я всегда сбегала от своих обязанностей такого рода. Да и вообще от всех обязанностей. Я вообще многое, наверное, могу. Не знаю точно, надо проверять. Но вот легкое, боюсь, не залатаю, а потому сейчас не будем трогать несчастного Ка… - девочка следила за действиями Люси, скорее потому, что надо было куда-то смотреть, потому что у нее все-таки был один глаз и она им что-то могла видеть. Но когда она увидела, как Люк окончательно раздела мужчину, она захлебнулась воздухом, который хранился для продолжения фразы в легких. Здоровый, слишком здоровый и яркий румянец был заметен даже в темноте, даже сквозь слой грязи, который покрывал от природы бледное, болезненное, кажется, лицо. Девочке от смущения стало даже жарко, она поспешила отвернуться и закрыть глаза. Когда она сглотнула комок, Вир смогла сосредоточиться на том, что жить ей еще долго, а нагота – дело абсолютно естественное. Хотя своего тела она стеснялась еще больше.
-Если я бы была рабыней, за меня работорговец бы приплатил, чтобы только забрали, - она ехидно оскалилась, уже успокоившись, когда причину смущения спрятали. Она даже подоткнула одеяло, чтобы киборгу не дуло в щели, и начала обходить его ложе, чтобы подоткнуть одеяло с другой стороны.
-Я дефектная же. Глаз стеклянный, шрамы, характер скверный прилагается… Невыгодная сделка. Да и некрасивая. Такие рабыньки не нужны, - она еще раз улыбнулась, ехидно так, искоса взглядывая на Люси, поблескивая живостью единственного глаза и слабой матовостью стекла. Почему-то ее она не стеснялась, как будто уже считала своей. Да и что было скрывать, когда при свете дня рано или поздно бросится в глаза неподвижность, цвет и отсутствие живого блеска в стекляшке. – Да и в ГУ, насколько я знаю, рабы получше выглядят, - она еще раз улыбнулась и дернула бретельку комбинезона, который тихо звякнул в ответ. Грязи, конечно, на ней было столько, что казалось, что она проползла змеей всю Южную и Северную Калифорнию.
-И не волнуйся, вернутся. Не мертвый же мертвяк на них напал. Тьфу, смазка смазочная, - она только поджала губы, раздражаясь от глупости собственных слов. Но она слышала женский голос снаружи, и только что осознала это, хотя девушка говорила несколько раньше. Новый укол ревности заставил даже вздрогнуть. Ей отчего-то совсем не хотелось видеть девушек, пусть даже мертвых. Слишком ярким было воспоминание о гражданке, у которой было все. Она вообще не очень любила девиц. Они были нежные, любили пищать, пугаться и совсем не хотели лезть на дерево, а потому с самого детства она была в компании парней и с тех пор не выносила девиц. Отчасти потому, что, в отличие от мальчиков в период полового созревания и после, ей от них ничего не было надо, а отчасти потому, что все общие темы исчезли лет десять назад, а то и все пятнадцать.
-Вообще я много ночей назад сбежала из Реддинга. Там больше нечего ловить, боюсь.

184

- Из Рединга? Далеко же ты забралась. И всё пешком? И одна? - Люси по-новому взглянула на девочку. Впрочем, кажется, она была не таким уж ребенком, как показалось вначале - чуть младше Дэнни, должно быть. Теперь она обратила внимание, что один глаз у Бекки и впрямь не совсем обычно выглядит. Непривычно, да, но не уродливо или пугающе. Да и не так уж необычно для детей Пустоши. К ее годам почти не находилось тех, кто не носил на себе её следов. Разве что Граждане, никогда не выходящие за ворота своего уютного мирка. Остальные же были мечены Пустошью, и самые любимые носили особые метки - знаки того, что им удалось выжить там, где другие стали кучкой костей, выбеленных жарким солнцем Калифорнии. Карл был одним из них. Пожалуй, и эта храбрая девочка тоже.
- Знаешь, отец мне рассказывал, что у бродяг и караванщиков есть поверье - если Пустошь взяла часть тебя, то ты проживешь долгую жизнь. Говорят, где-то южнее Сан-Франциско есть племя дикарей, которые специально жертвуют Духу Пустоши мизинцы с левой руки, чтоб откупиться от безвременной смерти. Так что ты будешь жить долго, - Люси улыбнулась Бекки, хотя новое воспоминание об отце кольнуло сердце, - А потом ты куда собираешься? Дальше Гекко городов нет. Ну, может, есть, но где-то далеко, куда отсюда даже караваны не ходят. Они и сюда-то ходят редко. Если хочешь, можешь пойти с нами, - это вырвалось у Люси неожиданно для не самой. Но про себя она где-то в глубине души уже решила, что не сможет просто так бросить эту девочку одну. Конечно, ей явно не привыкать выживать, но новая знакомая слишком напоминала ей брата. А это значит, что и ей не помешает, если рядом будет кто-то взрослый, сильный и способный при случае вытащить из ямы или отбить от злобного радскорпиона. Почему бы и не взять ее с собой?

185

-Пустошь большая, мой дед всю ее пешком исходил. А я-то чем хуже? У него пустошь отобрала любовь, отобрала глупо.  А он так и не вернулся. Я ж тогда почти целая была, когда он ушел… - она искоса взглянула на девушку, как будто стараясь понять,  что же сейчас она думает, нахмурилась, стараясь уловить мысли эти. Однако ощущение было не из приятных. Шрам, пусть был с ней давно, был чем-то чуждым, инородным. Вир в отчаянии потерла шрам, вдыхая противный воздух мастерской, и впервые за день, который выдался очень долгим, поняла, что вымоталась.
-А мизинец терять больно, кстати. Даже кусочек, - она как-то озадаченно уставилась на собственную руку, вспоминая, как она смотрела на палец, из которого чуть ли не фонтаном била кровь, как вокруг нее бегал врач, как ей кололи в руку стимпак… а вот потом воспоминания путались. Но суть оставалась одной, Пустошь у нее много чего забрала.
-Может, местный Дух решил подарить мне бессмертие? – девочка засмеялась, стукнула себя по лбу и тихонько взвыла от боли встречи твердого лба и раны на руке.
-По крайней мере, я собираюсь жить вечно. И пока мне ничего не мешает, - она ехидно ухмыльнулась. На самом деле, она только начинала чувствовать вкус настоящей жизни на пустоши, получала удовольствие от соли пота на собственных губах, привычно плевала песок, который время от времени начинал поскрипывать на зубах – верный признак того, что ты еще чувствуешь, что ты еще живешь.
Бекки выдохнула несколько раз, зажмурившись и унимая приступ боли. Тратить лишний бинт до стирки, которой она молча решила заняться вместе с Люси, она не собиралась. Да и промыть рану водой никогда не было лишним.
-Но я бы еще погуляла по свалке с утра, дааа… - таким голосом иные девушки говорят о молодых людях, о побрякушках, а девочка с упоением говорит о… мусоре? Впрочем, местный мусор порой может стоить очень и очень дорого у многих торговцев, нужна лишь капелька везения. Однако от этой мысли Вир отмахнулась, как от назойливой мухи, тряхнув головой и двумя длинными прядями.
Приглашение, однако, поставило девочку в тупик. Она несколько раскраснелась, потому что не ожидала услышать от своего временного (а, может, и  постоянного) примера для подражания, первой на своей пути, по ее мнению действительно достойной девушки, такое предложение. Это было как признание ее значимости и силы. Вир вздохнула, потупилась:
-А куда вы идете? – только и придумала, что спросить. Однако живой интерес вспыхнул в глазах. Хотя одно слово на «Р» заставит ее убежать отсюда, от людей, которые хотят ее вернуть к волосатым рукам и готовке.

186

- Отсюда мы пойдем в Волт-Сити, но ненадолго. Нам нужно там забрать кое-что очень важное. Мы теперь последние в семье и нам это хранить. А потом.., - Люси задумалась. У нее не было четкого плана, куда идти. Пока не было, - Раньше я думала, что Ванесса поможет нам освободить родителей и мы вместе отправимся в Брокен Хиллз. Там вроде и работу можно найти, и брат нашего отца где-то там живет... ну, лет десять назад еще точно жил. А теперь не знаю. Может, в Нью-Рено. Или наймемся караваны охранять, как отец...Но в Рединг мы точно не пойдем. Наша мать оттуда. А ее родня нас не жалует, они же ее из дома выгнали. У нее было вроде трое братьев и сестра. Финнеганы, все рыжие, как Дэнни. Не знаешь таких?
Люси никогда не видела своей родни. Мало кто тронется в путь через Пустошь лишь затем, чтоб навестить брата или племянников. О том, что где-то там по ту сторону раскаленного камня и песка есть кто-то одной с ними крови, напоминали только редкие, раз в несколько лет, письма, что передавались с попутными караванами. Может, их было и больше, да не всякий караван доходил до места. Люси подумалось, что на Пустоши должно быть немало Муров. У их отца было два брата и сестра, а у его отца тоже были братья, и у них, должно быть, есть дети. Вдруг да встретится кто-нибудь. В одном она была уверена полностью - в Волт-Сити у них нет родной крови. Больше нет. Разве что Кэссиди, который был Люси все эти годы вместо родного дяди.
Однако, Дэнни уже как-то слишком задержался с водой. Люси это начинало беспокоить...

187

(Переход со Свалки)

После густой чернильной темноты улицы, лишь слегка разбавленной слабым лучом фонарика, свет в комнате показался девушке слишком ярким. Машинально Лалли подняла руку, что бы защитить глаза. Ту самую руку, в которой все еще держала фонарик. Только случайность уберегла лоб девушки от столкновения с твердым пластиком. Сконфуженно опустив руку и сунув фонарик в карман – хорошо, хоть выключить догадалась, - она огляделась. Благо, глаза уже привыкли к  смене освещения.
Комната средних размеров, не очень чистая и заваленная всевозможными… вещами настолько, что могла показаться филиалом свалки. Причем полезные вещи лежали вперемешку с бросовыми. Видимо, у хозяина комнаты были свои соображения насчет полезности. Судя по состоянию всего… этого, хозяин работал здесь каждый день, а не от случая к случаю. Ну а судя по запаху - здесь же и жил.
А еще в комнате было весьма людно.
Во-первых, двое посреди комнаты - среднего роста парень в сетсоне и худенькая девушка с роскошными, хотя и несколько встрёпанными, локонами. Глядя на её волосы Лалли почувствовала короткий укол восхищенной зависти.
Во-вторых - мужчина, неподвижно лежащий на длинном столе... верстаке? Похоже на то. Тот самый раненый, которому нужна помощь. Ну и в-третьих - груда тряпья, лежащая в углу, при детальном рассмотрении, оказалась крепко спящим немолодым мужчиной.
Молодые люди смотрели на визитершу настороженно и очень внимательно. Что не удивительно.
Там ещё двое.... трое то есть. вот они.... тоже не кусаются, но зубами пощёлкать могут - вспомнила девушка слова Дэнни и слегка поёжилась. Интересно, что в их понимании зубами пощёлкать?
- Эм... здравствуйте,– смущенно выдохнула она, чувствуя себя несколько не в своей тарелке.

188

Девочка очень внимательно слушала Люси, хотя по ней этого нельзя было сказать: девочка с отрешенным видом смотрела куда-то в сторону, стараясь, видимо, добиться от своего зрения рентгеновского излучения, которое просветит стену или стенку ящика и покажет что-нибудь интересное. Когда Люси спросила про Финнеганов, девчонка вздрогнула и уставилась на девушку, уже открывая рот, чтобы переспросить, хотя прекрасно поняла вопрос, просто пыталась дать себе отсрочку и припомнить соседей. Хотя успела она довольно быстро, а потому переспрашивать не стала.
-Я больше с мальчишками общалась, которые постарше, меня братья с собой таскали. Вроде помню парочку рыжих. У нас не было общих интересов: они интересовались девушками, а я приключениями, - Бекки взглянула на Люси и лукаво ей подмигнула, - в любом случае, почти все наши оказались в шахтах, стали грязными… - она почти поняла, что о ней могли подумать, - нет, пыль Пустоши и песок это не грязь, мне кажется, а вот из шахт.. Не могу объяснить. А еще мать свихнулась, мужа мне искала, вот из шахты, кто ж выдаст дочь за инженера, ее ж на руках до врача не донесут, когда она родит десятерых и располнеет, - девчонка презрительно сплюнула воздух, ей такая жизнь явно не приглядывалась, да и она прекрасно знала, что любой шахтер, увидев в своей постели изуродованное тельце, на первую же брачную ночь уйдет к любовнице. В общем, она сама знала, что перспективы у нее крайне безрадостные, а потому согласна была явиться в Реддинг на щите, то есть крайне мертвая. Ну или связанная и с кляпом во рту, ибо после такого количества проклятий, которое она выдаст за дорогу, человека, который ее пытается вернуться домой, явно поразит молния. Среди ясного неба притом.
Девочка, о чем-то задумавшись на миг, начала напевать что-то невнятное, но ее прервало появление девушки. Когда она обернулась, чтобы посмотреть на обладателя голоса, у нее аж выпали вещи из рук, а челюсть прямо отвисла.
-Еще одна, - одними губами выдохнула. Лю еще могла это слышать, а вот новенькая – вряд ли.
Ей показалось, что она привлекает к себе симпатичных, состоявшихся и чистых девушек, к которым с юных лет питала некую неприязнь: именно к ним уходили все ее друзья из компании мальчишек и Бек, что закончилось тем, что Бекки одна ушла из Реддинга, а еще пару лет назад она увлекла бы с собой среднего Вира или пару дружков, а то и всех вместе. Так вот, увидев красивую девушку, Вир захлебнулась от ужаса, подозревая, что все передерутся за нее, а Бекки, как всегда, останется на обочине. Поскольку так уже было, и не раз, Бек смерила взглядом девушку, но, не больше, и принялась поднимать белье, выдавив притворно-задорное «Привет»

189

Стук в дверь прервал разговор. В первую секунду Люси решила. что вернулись мужчины с водой. Но тут же она сообразила, что свои не стали бы стучать. Особенно Дэнни. Вслед за этим в приоткрытую дверь просочилась миловидная девушка, совсем молоденькая, в походной одежде и с сумкой. Она выглядела явно смущенной и поздоровалась так робко, что у Люси застряло в горле недовольное "кого там еще черти принесли?", так и оставшись невысказанным. В самом деле, это бардак, конечно, что мелкие девчонки в такой час бродят одни по Пустоши, но не гнать же ее на улицу обратно.
- И тебе не болеть, - пожалуй, тон получился не слишком приветливым, но на дружелюбие у Люси не осталось сил, - Ты кто? Как тебя занесло среди ночи в такое гиблое место? Надеюсь, там нигде не сидит на свалке теплая компания рейдеров, которым ты должна подать знак? Эти твари каких только хитростей не придумают! И кстати, ты там не видела моего брата? Рыжий такой в очках, и с ним чудик в шляпе вроде моей. Ушли за водой и пропали. Если ты к этому причастна...
Люси не страдала паранойей, но неплохо знала повадки рейдеров. Девушка запросто могла быть наживкой, которую закидывают к будущим жертвам. Не счесть, сколько караванщиков осталось на корм прожорливым тварям Пустоши, купившись на такую симпатичную невинную мордашку. Так что предосторожности лишними не были.

Отредактировано Люк Мур (2011-07-31 18:39:01)

190

Мысль о том, что на свалке кроме призраков да крыс могли быть бандиты, заставила Лалли похолодеть. А потом до девушки дошло, что за человека рейдеров принимают её лично. Она изумленно посмотрела на парня. Так круто о ней еще никто никогда не думал.
- Я не рейдер. – Зачастила девушка. – Я даже стрелять не умею. – Почему-то это показалось ей железным аргументом. – И знаки подавать мне не кому. – Она отрицательно качнула головой, да так энергично, что капюшон сполз, и волосы упали на лицо. Пришлось убирать их за ухо. – Мы из Рено пришли. С товаром. Мне надо было побыстрее оттуда исчезнуть, вот я и пошла с ними. Колин сказал, что потом в Город-Убежище пойдем. Мне ведь в НКР надо. А здесь уже говорит – идем в Реддинг, и как хочешь. Но туда-то мне не надо. Я говорю ему – мы так не договаривались, не пойду с вами. А он говорит - куда ты денешься, из Гекко одна все равно не выберешься. А я все равно ушла. Разозлилась и ушла. Пошла в магазин. Думала, там до утра побуду, ну и придумаю, что-нибудь. А навстречу Дэнни… Даниэль. Мы упали, - тут она невольно покраснела, вспомнив это самое падение. – Он очки потерял, такие… смотанные посередине. Он сказал мне идти сюда. Сказал, что здесь есть раненый, помощь нужна. Понимаете, ведь я немного доктор. Алан лечил людей, а я помогала ему. Я не могу опухоль вырезать, но пулю достать – вполне. В «Джунглях» случалось разное, было, что и стреляли. Ну, вот. Дэнни сказал, чтобы я сказала, что это он меня прислал. Я пошла сюда, а он и Терренс пошли за водой. Они скоро придут. – Во всяком случае, она горячо на это надеялась. Нет, все же надо было их подождать, и зайти уже вместе, так и вопросов не было бы никаких.
Перевела дыхание после сбивчивой, сумбурной тирады, она добавила:
- Меня Лалли зовут... Вообще-то полностью - Эулалия. Только я пока на полностью не тяну, поэтому лучше Лалли.

191

Вир прищурила один глаз, снова поднимая вещи киборга и как-то подозрительно рассматривая девушку. Нет, она не подозревала девушку в том, что она причастна к рейдерам. По крайней мере, с рейдерами она бы вряд ли сохранила такую очаровательную мордашку, если у этой мордашки есть характер. Если его нет, девушку бы за…любили до смерти, а потому Бек только улыбалась, выслушивая вечные женские оправдания. Она даже хотела покивать, но потом решила, что девушку это окончательно выбьет из колеи.
-Ох, да мы целый караван пропустили, выходит, - заметила Вир и взглянула на Люка, - это плохо. Так и толпа говорящих когтей смерти мимо пройдет, мы и глазом не моргнем, - девчонка поежилась, представляя себе караван когтей смерти, которые везут вяленых людей в свои поселения, а на них нападают люди живые и пытаются укусить. Картина одновременно развеселила и испугала девчонку, а она лишь помахала головой, чтобы отбросить наваждение.
-Нет, знаешь, я бы тоже в Реддинг не пошла, - закивала так серьезно-серьезно, а сама исподтижка улыбнулась Люси, надеясь заставить и ее отказаться от противных мыслей и хоть раз представить тех шахтеров с волосатыми руками и улыбнуться.
С другой стороны, Бек порадовалась, что не одна она умеет воспроизводить с такой скоростью слова. При том в таком количестве. Да девчонка просто находка партизана!
-Ну, сказать по правде, пожив на Пустоши, только безрукий не научится пули доставать. Хотя, думаю, талантливый и без рук сможет, - девчонка только пожала плечами и, сжав все вещи одной рукой, стала чесать нос второй.
-Знаешь, не будем трогать Карла до того, как он проснется, ему нужен сон, - она взглянула на девушку, которая и в этом оказалась соперницей так, как будто пыталась донести, что если ты сейчас тронешь Карла без моего ведома, я выцарапаю тебе глаза и будешь хуже, чем я. Хотя Лалли вряд ли успела заметить маленькую особенность взгляда девицы, она не выглядела особенно внимательной или любопытной для этого.
-И, кстати, меня Бекки кличут, - и, снова сбившись с приличий, по привычке шагнула к девчонке, протягивая ей правую руку, где на ладони была довольно противная рана. Взглянув на свою руку, Вир порозовела, - Прости, забыла.
И, как ни в чем ни бывало, плюхнулась на пол, шагнув назад, в надежде, что мужчины с водой вернуться, а она еще не заснет. Хотя заснуть ей хотелось сильно. Очень сильно.

192

"Если ка угодно посылать на нашу голову беспомощных девчонок, почему она не послала нам настоящего медика!" Однако, вслух Люси этого не сказала. В конце концов, кажется, они уже справились своими силами. Люси еще раз взяла руку Карла и нащупала пульс. Конечно, она не была врачом, но, кажется, беспамятство перешло в простой крепкий сон. Три стимпака делали свое дело. Ведь эту штуку вроде для того и придумали, чтоб при случае можно было выжить и без помощи настоящего врача. Сейчас ее больше беспокоили другие спутники.
- Меня можешь звать Люк... то есть, Люси.  В общем, как хочешь, - вся конспирация уже всё равно пошла под хвост брамину, так что разницы не было, - Карла в самом деле сейчас лучше не трогать, наверное. У нас еще раненые есть. У старика пуля в руке сидит. Дэнни, похоже, ребра повредил. Да и Терренс какой-то странный - кажется, у него что-то сильно болит. Ты лучше ими займись. а мы с Бекки сейчас  здесь займемся чистотой. Нельзя на Пустошь соваться в крови и грязи.
Люси от души понадеялась, что если девочка не из Волт-Сити, то с ней не придется нянчиться, как с Ванессой. Во всяком случае, если вдруг придется, то с ней они никакого договора не заключали. Да и какое ей дело до случайных знакомых, не входящих в ее ка-тет? Мало ли их попадалось на пути Стрелку? Мало ли еще попадется ей - ведь ее путь только начинается. Еще один человек - всего лишь еще один кирпичик желтой дороги. Люси не знала, по пути ли с ней будет Карлу, когда он сможет идти, но очень на это надеялась. Бекки она уже причислила к своей "семье". Остальные ей были не интересны.

193

Караван? Нет, я пришла не с караваном. Трое эмм… начинающих торговцев решили привезти сюда некоторые вещи. Думали озолотиться, да просчитались. – Лалли коротко улыбнулась, вспомнив обескураженные лица «торговцев», когда до тех дошло, что в Гекко с товарами все обстоит неплохо, а цены пониже, чем в Рено. А уж какие планы строили! – Они вчера днем пришли. Остановились в каком-то сарае на окраине, побоялись в городе быть. Завтра поутру пойдут в Реддинг. Я шла с ними как медик, - ну и ремонтник тоже.Вот, даже сумку эту получила как плату, и стимпаки еще. – Правда, стимпаков её обещали пятнадцать, а дали только восемь.
В чем-то Бекки права. Конечно, пули многие вытаскивать могут. Но многие ли могут последствия вытаскивания к минимуму свести? Или вытащить с гарантией, что раненый кровью не истечет? Вытащить так, что бы в рану какой-нибудь гадости не попало? Вслух Лалли говорить это, конечно же, не стала – еще решат, что рисуется.
Ну, а слова Люси девушку не обескуражили. Вполне ожидаемо - родные и друзья пациентов часто осторожничают, не доверяя врачам.
Хм… Судя по единодушию обеих девушек, этот мужчина, Карл, одинаково важен для них. Повезло ему. Ну, что ж, до утра ему хуже не станет, а если и станет, то это точно не моя вина будет, и никто с меня не спросит… 
Нет. – Неожиданно для себя самой сказала девушка. – То есть… Люси, Бекки, я обязательно займусь стариком, и Дэнни с Терренсом. И твоей рукою тоже, Бекки, – добавила она, вспомнив состояние бинта на руке девушки. – Но, для начала, позвольте я все-таки осмотрю Карла. Только осмотрю, трогать его, или что-нибудь предпринимать без вашего разрешения не буду. – Лалли говорила, и сама удивлялась тому, насколько спокойно и уверенно звучит её голос. Своей, неожиданной откуда-то взявшейся, отваге она удивлялась тоже - обычно она  в подобных ситуациях на своем никогда не настаивала. – Вы поймите, хуже ему от простого осмотра не станет, а диагностика у меня правда выходит хорошо. Даже Алан это говорил.

194

Лалли была милой, слишком милой для пустоши. Немного наивности и страх остаться на пустоши одной даже развлекали Вир. До определенного момента. Излишняя заботливость о раненом Карле начинала раздражать.
-Милая, - она говорила приторно-нежным голосом, готовая, кажется, плеваться ядом, как последняя пустынная гадюка, - ты третий врач на сегодня. Как ты думаешь, если человека до тебя осмотрели двое, его свежезабинтовали,  уложили и РАЗДЕЛИ, - она дернула рукой с одеждой, - как ты думаешь, чего мы не видели? – Не сказать, что Бек хотела показаться умной. Ее просто очень раздражало, когда за ней что-то пытаются переделать, заделать, подделать. Это выводило из себя. Плюс в голове зашумела кровь. Упрямость была одной из ее важнейших, пожалуй, качеств. Да хотя бы из-за нее она еще упрямо цеплялась за жизнь, не даваясь всем трудностям и ранам себя сломить. А слова про то, что посмотрят еще и ее руку, просто рассмешили девчонку. Она со всем могла справиться сама, нужно было бы только помочь забинтовать, что она надеялась доверить Люси, а теперь ее просто распирало от язвительности, - слишком много людей, к которым она хорошо сегодня отнеслась и доверилась. Так многим доверять сразу она не могла, а потому прятала недоверие за язвительностью. Да и последующее действие было делом принципа.
-Хочешь кое-что покажу? – она задорно улыбнулась и зубами подняла рукав по руке, под которым был огромный след от ожога, - красная кожа на местах бывших волдырей и кое-где, где было полегче, еще облезающая кожа, - Ты уверена, что хочешь этим заниматься? – ей даже было интересно, как отреагирует эта девчонка, кажется, никогда не дышавшая перегаром, не чувствовавшая острой боли и ощущения собственной ущербности. Почему-то из-за этого девчонку, которая была ровесницей, а то и младше Бек, было даже жалко. Она видела, как Ванесса шарахнулась от ее глаза, мелочи, не самой при том страшной, по сравнению с теми же следами, которые оставил не такой, кажется, давний ожог. И, к слову, куда более приглядной. Ее лицо преобразилось: Бек улыбнулась, но в единственном глазу был огонек, а руки щекотало приятное, давно забытое ощущение, когда она вместе с мальчишками показывала крыс девчонкам, а те в ужасе разбегались. Ощущение это кончилось очень давно, потому что мальчики нашли свои способы выражения симпатий к тем, пугливым, похорошевшим девчонкам, и оставили своего боевого товарища на произвол  грустной юности, от которого сама Вир благополучно смылась. Сказать по правде, сейчас она хотела еще раз увидеть эти испуганные, округлившиеся от истинного отвращения глаза. Что ж, у всех свои маленькие радости, зачем же их себя лишать?

195

Люси немного забавлял спор двух девчонок. Особенно то, с какой ревностью Бекки относится ко всякому, кто покушается на её гордость. Если подумать, ей и самой не понравилось бы, что кто-то ставит под сомнение, например, ее способность метко стрелять. Хотя, конечно, она не лучший стрелок на Пустоши. Однако, принять критику от того, кого уважаешь и признаешь сильнейшим - это совсем другое дело. Будь Лалли настоящим профессионалом, Люси успокоила бы упрямую девчонку и допустила бы ее к Стрелку. Но их способности, вполне вероятно, были равны. Так что Люси не видела смысла лишний раз обижать Бекки. Хватит с нее на сегодня и Ванессы.
- Лалли, ты лучше с ней не спорь, правда, - сказала она примирительным тоном, - Мы вкололи ему уже три стимпака. Здесь была профессиональная медичка из Волт-Сити. Да и Бекки соображает в этом. Мы ему больше ничем не можем помочь сейчас. Лучше вот кем займись. Он себе вколол стимпак, не вытащив пулю из руки. Ты должна знать, чем это грозит.
При этом Люси вопросительно взглянула на девушку. Если она сейчас не ответит правильно, то медик она липовый. Конечно, это не повод ее гнать, но к раненым точно пускать не стоит. Наклонившись к спящему Вольту она потрясла его за плечо и громко сказала:
- Просыпайтесь, дедуля! Вас лечить пришли!

196

Эмоции Бекки были ей, можно сказать, хорошо знакомы и понятны. Недоверие, даже злость, наверное. Со всем этим она сталкивалась, и не раз.
Сумку Лалли все-таки поставила на пол - устала держать. Поэтому, когда Бекки продемонстрировала ей свою руку, действовала девушка автоматически. Перехватила обеими руками - чуть повыше локтя и за кончики пальцев, держа бережно, но достаточно крепко, как держала бы руку ребенка. Внимательно изучив следы от ожога, почувствовала облегчение.
- Относительно давний ожог, второй, я бы сказала, степени. По состоянию твоего бинта, я, было, подумала, что дело обстоит хуже. То есть, нет, я не хочу сказать, что это пустяк. Ожоги вообще едва ли не самые болезненные раны. Но тут заживление идет неплохо. Хотя такое ощущение, что подсохшую корочку недавно сдирали. Там, - она кивнула на свою сумку, - у меня есть одна хорошая мазь. Ничего сверхъестественного, способствует скорейшему заживлению и снимает боль.   
Только сейчас до Лалли дошло, что ей показали руку вовсе не для диагноза. Глубоко вздохнув, она посмотрела Бекки в глаза. Мимоходом отметила, что с одним глазом девушки что-то не так. К собственному сожалению, в офтальмологии Лалли почти ничего не понимала.
- Мне доводилось сталкиваться с повреждениями, которые выглядели гораздо хуже, чем твои. – Очень тихо, так, что бы слышала только Бекки, сказала она. – Хочешь меня напугать, придумай что-нибудь действительно стоящее. – Но в ту же секунду, когда эти слова были произнесены, Лалли устыдилась своей резкости. – Извини, - вздохнула она. - Просто мне не по себе становится, при мысли, что человеку может стать хуже, а я сижу тут...
- Ты лучше с ней не спорь, правда. Мы вкололи ему уже три стимпака. Здесь была профессиональная медичка из Волт-Сити.
Услышав это, Лалли смутилась.
Ну, если настоящий медик из Ваулт-Сити… Говорят, что образование там люди получают получше, чем до войны. Даже Алан с уважением отзывался о медиках оттуда. Теперь понятно, почему Бекки отнеслась так негативно к моему предложению посмотреть - если Карла лечила профессионалка, то мне точно лучше не соваться.
Он себе вколол стимпак, не вытащив пулю из руки. Ты должна знать, чем это грозит.
Очень глупый и неосмотрительный поступок. Вот ка-ак врастет пуля... Хотя, стой. Может, у человека другого выхода не было?
- То это значит, что пулю будет вытащить труднее. Особенно если прошло время, и не только канал стянулся, но и пуля начала врастать в ткани. - Последняя фраза была уже из разряда "мысли вслух", и Лалли обругала себя Капитаном Очевидностью.
Подняв сумку, девушка подошла к старику. И вспомнила о медике из Ваулт-сити.
Интересно, где она сейчас? И... и почему не позаботилась об остальных? Тут явно произошло что-то ... необычное.

Отредактировано Лалли Уиллоу (2011-08-04 00:48:30)

197

Конечно, он уже некоторое время не спал, а настороженно слушал разговор уже трёх девушек. "Поспать не дают... тоже мне пернатые крысы балаболки..." - именно что-то такое вспоминалось ему ещё из детства, когда при нём начинали трещать женщины, - "И чего им приспичило прямо сейчас собраться? Дьявольские создания..."
Мало того, что ему не дали поспать, так ещё и нагло начали попинывать в бок, призывая проснуться. Разумеется, он сразу открыл глаза, делая вид, что крепко спал. Несколько секунд по-озирался, протёр глаза, а после уставился на новое лицо, делая вид, что понятия не имеет кто это. Следующие слова девушки, как будто пролили свет на то, что это врач.
- Не знаю кто вы, юная леди, но если у вас есть инструмент, то я с удовольствием доверюсь вам, только не очень мне хочется при всех руку свою лечить, а то мало ли что... - он говорил спокойно, поглядывая на девушку снизу вверх, - Не хотите ли пройти в более удобное место? Хотя бы в прихожую что ли?
Глянув на кровавый след, оставленный Скитером, а затем неторопливо начал подниматься. Не очень хотелось, но он таки встал на ноги, слегка потряс головой поправляя вестибулярный аппарат и двинулся в прихожую. Там он остановился, почесал затёкший зад и задрал рукав плаща до самого плеча, чтобы показать девушке свою рану.

198

- Йоперный театр! - просипел Дэнни, вползая наконец-то в мастерскую, и ставя на пол ведро, - Да я за.... - парень покосился на девушек, -...люблюсь так воду носить. - он утёр пот со лба, и попытался потянуться, но охнул, и схватился за грудь.
- Не, не думал, что такое скажу, но, кажись на сегодня мне приключений хватит... - рыжий вздохнул, и посмотрел на сестру, - слушай, Лю, а как насчёт пожрать для начала? А то, на следующей ходке, кому-то придётся тащить не только ведро, но и меня, а.... - тут, Дэнни кое-что вспомнил, и несильно пихнул Терренса кулаком в плечо, - О! Ты ж вроде чего-то из еды находил! Куда дел? - И, снова не дожидаясь ответа, обратился к Люси, - слу-у-ушай! Ты прикинь, с нами тут, оказывается цельный Ысквайр соизволяет находиться! Настоящий! Сам признался! - закончил рыжий с гордостью, и похлопал Терренса по плечу.

199

(Переход со Свалки)
Свитс поставил ведро и притих. Нес ведро он бодрее Дэнни потому что нагрузка и песня отвлекали от раны. Но теперь она только сильнее разнылась. Он посмотрел, как новенькая возится со стариком и снова тихо позавидовал. Когда рыжий ткнул его плечо, это отозвалось в руке. Свитс собрался достать из рюкзака мясо геккона, но тут Дэнни снова полез со своими дурацкими шутками. Терренс еле сдержался чтобы не захрипеть от боли. Вот же козел. - подумал Свитс, схватившись за больное место. Он отошел от Мура,чтобы тот перестал тыкать его в руку, и скинул рюкзак.Какаго черта я все время с ним таскался? Покопавшись немного, он вытащил мясо. Его было не очень жалко, так как Терренс не был уверен,что свалял его правильно и оно не испортится через пару дней. Да можно ли вообще вялить гекконов? Зря я книгу выживальщика дома оставил. "Так будет слишком просто" думал я, ага, как же!

200

Вир закатила единственный глаз. Когда ее руку поймали, тихо зашипела:
-Р-руки убери!
Когда ее наконец отпустили, отдернула руку с показным отвращением, осмотрела ее, как будто от прикосновения что-то должно измениться. Когда ничего не нашла с подозрением посмотрела на девушку, прищурившись, показывая тем самым, что не слишком ей доверяет. Показав все свое недовольство тем, что ее вообще трогали незнакомые, она почесала руку, отдирая еще немного старой кожи, а потом снова вернула рукав на место. Этот молчаливый протест не должны были видеть, хотя ей хотелось, чтобы ее хотя бы поняли. Впрочем, Бек знала, что этого слишком много, потому что такой мелочи у нее слишком давно не было.
Услышав желание Феликса, девочка засмеялась:
-А еще я потомственная ведьма и проклинаю на раз плюнуть!
Девочка нахмурилась и почесала смешно сморщенный нос, как вернулись мужчины с водой. И, как нормальные мужчины, сразу потребовали еды.
-У меня было что-то странное, вот и проверим – что, - тихо пробормотала и, решив, что сначала, возможно, и правда логичнее поесть, уложила одежду Карла на пол и залезла в глубины своего рюкзака. Ей показалось, что она нырнула его с головой. Среди плавающих вокруг, словно в вакууме вещей, она нашла то, что искала и потянулась за этим. Ухватившись за банку, она потянула ее на себя, вытаскивая на свет, разглядывая. Нет, так ничего и не изменилось, никаких опознавательных знаков на банке не появилось. Девочка разочарованно вздохнула и покачала головой, а потом встряхнулась, сбрасывая наваждения усталости. Она понимала, что если сегодня не поспит, будет нести бредни не лучше Терренса, а хлопот по своей непоседливости принесет куда больше. Но ложиться спать не перекусив она просто не могла, ибо не ела уже давно, а разговоры о еде растравили, кажется, забывший о том, что такое еда, желудок, который возмущенно заворчал, да так громко, что девочке пришлось его погладить. Она обреченно вздохнула и взглянула, но уверенно протянула банку Лю, решив, что она тут главная по всему, в том числе и по еде… В общем, в том, что надо делиться абсолютно всем, она не сомневалась никогда.
-Где-то… - тихо, почти про себя проворчала и стала свободной рукой копаться в кармане штанов. Пальцы наткнулись на зажигалку, странную штуку… она ловила вещи и бросала их обратно в глубины кармана, даже не понимая, что потом их вряд ли найдет так быстро. Это уже было не столь важно. Наконец цель была достигнута и во второй руке Вир протягивала Люси еще и открывалку. В общем, картина маслом, именно участницей таких и становилась эта девочка.

201

Когда Дэнни заговорил о еде, Люси вспомнила, что не ели они уже больше суток. Желудок моментально скрутило болезненным спазмом, а к горлу подкатила тошнота. Ощущения были весьма противоречивые - зверский голод с одновременным отвращением к еде. Люси уже знала, что такова реакция на сильное нервное потрясение - подобное было с ней уже шесть лет назад. Но даже если она сама так и не сможет есть, то остальных накормить было нужно. Оглядевшись, она поняла, что это дело ей некому поручить - кто ранен, кто не в себе. О том, что то же самое можно сказать и о ней, Люси как-то не подумала.  Однажды девочку, которой она была шесть лет назад, до смерти напугали. И она где-то там внутри забилась в угол, закрыла глаза и заснула, так и не успев стать настоящей взрослой женщиной. Теперь ее разбудили, а вместе с ней и глубоко запрятанные женские инстинкты - заботиться о тех, кто рядом.
- Так, Дэнни, ты тогда займись огнем. Ты... - Люси взглянула на Бекки, которая протягивала ей банку с неизвестным содержимым, - Поищи здесь что-нибудь вроде котелка. И поищите, что у кого еще есть. А пока я буду готовить ирландское рагу, вы, парни, натаскаете еще воды. А то после еды вас развезет, так вы и вовсе не встанете.

202

Бекки НЕ хочет, что бы ты занималась её рукой. Прими как данность и угомонись уже.
Лалли только головой покачала. Она терпеть не могла боль, и очень не любила, когда больно кому-то рядом, но понятия не имела, как преодолеть непонятную враждебность девушки. Поэтому просто проследовала за пожилым мужчиной в прихожую, храбро стараясь не обращать внимания на пятна свежей крови на полу, и неприятный запах.
Небольшой угловой столик на очень высоких ножках, использовавшийся хозяином как стойка для пыльного девайса непонятного назначения, неплохо подошел для того, чтобы устроить и осмотреть раненую руку.
Отверстие сквозного ранения полностью сошлось, и выглядело неплохо (насколько вообще это понятие применимо к сквозным ранениям). Вторая рана, чуть пониже, тоже выглядела более-менее чисто. Пулевой канал сошёлся и уже начал зарастать – это явно минус. Но вместе с тем пуля вошла в мякоть, по прямой, на среднюю глубину, и, что особенно хорошо, не задев ни кость, ни артерию. Девушка потянулась было к лидокаину, но, учитывая возраст мужчины, не рискнула его использовать, и предпочла взять анекаин.
Кивнув вернувшимся парням, Лалли обработала руку мужчины раствором хлоргексидина - за неимением спирта, и сделала инъекцию анестетика.
- Вот. Это местная анестезия. Теперь нужно выждать пять минут, что бы лекарство начало действовать. Рука онемеет, потеряет чувствительность, и можно будет вынимать пулю. Возможно, будет немного больно, но не сильно, это хорошее обезболивающее.   
Мысленно отсчитывая время, до начала действия лекарства, девушка достала из сумки плоскую коробку с инструментами – минимальный хирургический набор, несколько ватных тампонов и бинт.
Услышав вопрос Люк, девушка повысила голос:
- Люк, посмотрите у меня в рюкзаке. Там мясо – совсем немножко, правда, – и пара лепешек.  А во фляге – очищенная вода, для чая пойдет. – Мысленно перебрав содержимое медсумки, она добавила: - хотя если чая или кофе нет, из воды можно сделать эм… лимонную воду. То есть её некоторое подобие. 
Начали, скомандовала себе Лалли. Главное не зацепить крупную вену…
Остроконечным скальпелем сделать глубокий, но не широкий разрез – кончик скальпеля тронул металл пули, помогая определить, где она. Пинцетом извлечь пулю – повезло с первой попытки, - и, сразу же, засыпать разрез порошком сульфаниламида, что бы обеззаразить и остановить кровь. Протереть кожу вокруг раны тампоном, смоченным в хлоргексидине. Теперь вколоть стимпак – хорошо, что они сочетаются с любыми препаратами, и туго, но не слишком наложить повязку. Швы, она решила не накладывать – для относительно небольшого разреза это явно лишнее, при действии стимпака.
- Вот и все. - Лалли аккуратно заправила кончики бинта. - Теперь вам лучше сесть поудобней, или лечь - может голова закружиться и будет клонить в сон. Но это даже к лучшему. Чем хорош анекаин – его обезболивающее действие длится долго, так что выспитесь хорошо.
Теперь стоит заняться остальными. С виду и Дэнни и Трерренс выглядели примерно одинаково неважно. Поэтому свой вопрос она адресовав к обоим:
- Кто будет следующим?

(Потерян 1 стимпак)

203

Феликс, который тоже был доктором, хоть и использовавшим исключительно дикарские методы (из-за неимения лекарств) внимательно следил за действиями девчонки. На всякий случай, к тому же ему досталась роль первого пациента новой для всех личности, этой Лалли, потому он и наблюдал за её действиями, чтобы удостовериться, что она не попытается его чем-нибудь отравить.
К сожалению это было сложно так как лекарства по-большей части не были подписаны. С другой стороны, если отбросить препараты, то все её действия казались Вольту логичными.
Старик не слишком сильно обращал внимание на действия людей вокруг, возвращение рыжего и Свитса он вообще не воспринял как событие даже минимальной значимости. Он понимал, что ему в этом месте не рады, да и сам находился тут скорее только из необходимости. Ему нужно было, чтобы Теренс заплатил ему за проводы в ГУ. Требовались деньги, чтобы добраться до НКР, да и там нужно было организовывать экспедицию, а это большие деньги.
Дед и правда устал за этот день. "Интересно, всё это стоит того?" Эта мысль пришла ему в голову уже чёрт знает который раз за день. Однако давние мечты всё же взяли верх. Желание выполнить предназначение, которое сулил ему мир ещё с детских лет, перевесило усталость и старческую печаль...
От мыслей его отвлёк укол в обездвиженной руке. Похоже девочка закончила. Ощущения были странные, анестетик подействовал на Вольта гораздо сильнее, чем он думал. Боли, да и вообще других чувств, в руке больше не было. Он снова оказался одноруким. "Скоро к этому привыкну..." - мысленно усмехнулся старик.
Феликса и правда клонило в сон. Однако ночевать вместе со-всеми этими людьми у него не было ни малейшего намерения. Он чувствовал, что в этот раз уснёт гораздо крепче, а это значило, что при желании его могло обворовать, а может даже и убить...
- Ладно, - заявил он Лалли, а затем обратился к остальным, - Вы тут делайте что хотите, а я пошел. Утром вернусь за Теренсом и мы закончим его дела тут, а после пойдём в ГУ. Удачной вам ночи.
Затем Феликс быстро вышел из мастерской. Стоявший рядом с ней сарайчик привлёк его внимание. Несколько ящиков, стоявших у стены, как бы намекали на то, что ему следует сделать. Будь у него две руки это было бы проще, но так - ему пришлось приложить некоторые усилия, чтобы осторожно взобраться на ящики, а с них перелезть на крышу. Это место казалось ему безопасным. Воспользовавшись своим мешком как подушкой, Вольт, взяв винтовку в руки, лёг прямо там на крыше. Он был уверен, что тут его не найдут, да и искать не станут, к тому же, в случае чего, он мог прикрыть тех, кто сидел в мастерской.
Несколько минут и он уже лежал казалось бы мёртвым. Неподвижный, слегка бледный, расслабленный, лишь руки всё ещё напряженно сжимали винтовку. Вольт спал.

204

События...

Спустя некоторое время в мастерской всё окончательно стихло. Не то, чтобы до этого там кричали слишком громко, но теперь уже не было слышно воплей и выстрелов. Можно сказать, что ночь прошла относительно спокойной, потому как жители Гекко прекрасно знали про тёмные делишки культа и им было не очень интересно почему где-то в городе опять стреляют.
Рассвет не заставил себя долго ждать, особенно если учесть когда легли спать наши герои, вместе со-светом пришло и тепло, которое почти сразу перешло в жару. Даже в мастерской можно было ощутить прилив тепла, а вместе с ним и удушливого запаха тухлятины, который распространялся по городу.
Однако обитатели мастерской этого не заметили, ну или почти не заметили. Они так и спали до самого полудня. Даже старикан, который спал снаружи и стал свидетелем того, как вставало солнце, ничего не смог с собой поделать и продолжил спать на своей крыше, несмотря на то, что припекло достаточно сильно.

205

Утро, а точнее день для Карла выдался не очень добрым. Во-первых, он проснулся голым, на твердой поверхности и укрытым подозрительным одеялом. Во-вторых, его оружия и брони рядом не нащупывалось, а открывать глаза он не спешил, потому что в-третьих у него зверски болела голова и он не помнил ничего, что с ним произошло прошедшим вечером. Полежав минут пять и придя в себя, стрелок решил-таки осмотреться и открыть глаза. С правым проблем не возникло, он легко открылся и предоставил владельцу чудесный вид на заплеванный потолок. Левый же открываться никак не желал, и поднятая к лицу рука обнаружила наличие повязки, закрывающей всю голову и этот непослушный орган в придачу. Наверное, меня ранили.. - сообразил сквозь боль Карл и повернул голову. В поле зрения немедленно попала захламленная мастерская, закрытая дверь и лежавший рядом некто в зеленом балахоне и со светлыми волосами до плеч, судя по всему, заснувший за разбиранием пистолета. Полуразобранный кольт шестьдесят два-пятьдесят лежал на столе возле ноги мужчины. Кто этот человек, Карл не помнил, даже его пол определялся с трудом из-за позы и длинных волос. Поэтому он принял оптимальное в этом случае решение - с трудом сев и обнаружив, что он еще и более-менее вымыт (что было и хорошо, и странно - сам он после ранения вряд ли мог искупаться, да и амнезия с этим не вязалась), Карл тронул правой рукой плечо незнакомца и негромко позвал
- Эй, проснись! - при этом держа левую руку так, чтобы при проявлении агрессии со стороны светловолосого (-сой?) можно было заехать ему (ей?) по макушке.

206

Люси не заметила, как провалилась в сон. Ей казалось, что она не сможет уснуть, не смотря на усталость. То же странное состояние, что и с едой - спать хотелось и не хотелось одновременно. Поесть она себя заставила, с трудом запихнув в себя полмиски того, что приготовил Дэнни - он упросил доверить готовку ему, но прежде Люси заставила его принести еще пару ведер воды. Вода, по счастью, оказалась хорошей - колонка была артезианская, забитая на большую глубину. Чистая до голубого оттенка и холодная до ломоты. Пришлось греть ее на костре, который соорудил перед мастерской Дэнни. Потом выгонять всех мужчин из мастерской, чтоб не мешали мыться. Благо, о женщинах Пустоши говорят, что они могут вымыться с ног до головы блюдцем воды. А Люси просто физически не могла оставаться грязной с тех самых пор, когда, добравшись до дома в тот день шесть лет назад, всё пыталась смыть с себя чужие липкие прикосновения и никак не могла это сделать. Ей казалось, что эта грязь пристала к ней намертво, и она старалась мыться так часто, как только сможет. Да и отец не раз говорил ей, что не надо бояться грязи, если придет нужда в ней изваляться, но как только эта нужда пройдет - вспомни, что ты человек, а не свинокрыс. Особенно важно не оставаться в грязи и крови, когда идешь через Пустошь - чем меньше того, что может привлечь к тебе внимание тварей, тем лучше. Так что она вымылась сама, заставила вымыться Бекки, не взирая на ее слабые попытки сопротивляться, а заодно, после недолгих сомнений, намочила кусок ветоши и вымыла им киборга, как смогла. После этого они с Бекки перестирали всю одежду и развесили ее снаружи на просушку, а вместо нее пришлось надеть более-менее чистый балахон сектантов, найденный в мешке с трофеями. После этого Люси вытащила корыто за дверь, предоставив остальным возможность заняться тем же самым, а сама устроилась на табуретке рядом с Карлом. Решив, что всё равно не уснет, она стала разбирать кольт, в который попала дробь, чтоб посмотреть, всё ли с ним в порядке. Но даже разборку закончить не успела, как ее накрыл сон, тяжелый и глубокий, без сновидений. Только перед самым пробуждением ей приснился огонь пожара, посреди которого возвышались странные человеческие фигуры, словно сделанные из металла. С нечеловеческими лицами, похожими на морды ненавистных Люси радтараканов, от одного вида которых хотелось скорее проснуться, но сон держал крепко и не выпускал. Пока ее плеча не коснулась чья-то рука и знакомый голос не произнес: - Эй, проснись!
Люси с трудом разлепила тяжелые веки, вспоминая, как попала сюда, что было вчера и где все остальные. Обнаружила, что всё тело затекло и ноет от того, что она уснула в неудобной позе, сидя за столом, уронив голову на руки. Подняв голову, сперва не увидела ничего - распушившиеся и ставшие после мытья золотисто-соломенными волосы упали на глаза. Отодвинув их рукой, Люси встретилась взглядом с тем, кто выдернул ее из сна. С одним внимательным зеленым глазом. Второй, а точнее, то место, где он еще недавно был, закрывала повязка. Остатки сна моментально слетели с девушки. Каким бы ни стал начавшийся день, начинался он более чем хорошо. Дух Пустоши решил, что на сегодня потерь хватит.
- С возвращением, Стрелок! - Люси знала, что потом вся тяжесть утраты снова навалится на нее, но в эти минуты она была счастлива.

207

Сон гражданина был беспокойным - Терренс постоянно ворочался, кряхтел и сопел почти всю ночь, хотя наутро никаких снов не запомнил, кроме того факта, что они были. Благодаря уходу Лалли прошлым вечером, рука уже не болела, лишь немного ныла. А вот с простудой дела наоборот, ухудшились. Нос совсем забился и горло начало болеть. Это было очень плохо, ведь если обычный Свитс чрезвычайно ленив и неподъемен , то больной Свитс обычно напоминает пятилетнего - хнычет по любому поводу - и от всех требует конфетки.
Ему пришлось собрать все остатки воли в кулак, чтобы вылезти из своего мешка и одеться. Когда он натягивал балахон, из карманов повывалилась куча вещей. Терренс принялся спешно их собирать и заметил среди них нож Дэнни. Сразу вспомнились обстоятельства их встречи. Свитс едва улыбнулся. Несмотря на темперамент, он всё-таки неплохой парень. Жалко, что такое с ним приключилось. Надеюсь, брат его сможет удержать в правильном русле.
В сосендней комнате раздавался какой-то шум, видимо там все уже проснулись. Терренс огляделся. Лалли все еще дремала. Насколько он мог судить, она тоже решила присоединиться к Мурам. Свитсу стало одиноко. Ванесса сбежала, "слуги" разорвали контракт, даже Бекки решила пойти со стрелками. Один только ворчливый раненый старикан собрался составлять ему компанию. Терренс уже собрался отказаться от всей затеи. Никто его не просил лезть в это дело, и сам Свитс вроде как никому ничего не был должен. - Кхм. - раздалось из кучи тряпья в углу. Там сидел Скитер, на првый взгляд неприметный в этом мусоре. - Ну и долго вы собираетесь гостевать в моей мастерской? - проворчал мертвяк недовольным голосом. Повязка на голове уже полностью пропиталась кровью.
- Да сейчас уже ухожу, только старика дождусь. - так же ворчливо прохрипел больным горлом Терренс. Чайку бы сейчас, с мёдом.

208

Прошедший день выдался трудным, очень трудным даже для крепкой, как ей самой хотелось казаться, Бекки. Переживаний было много, слишком много для девочки. По крайней мере, такого количества эмоций еще ни один день в ее жизни не бывало никогда, а потому она заснула как только перестала шевелиться. Но до этого была стирка, которая принесла боль из-за раны, которую она не собиралась заматывать, пока не закончит все дела, чем заслужила много маложизнеутверждающих взглядов от Лалли, на которую старалась почти не обращать внимания. Маниакальная зависимость последней от лекарств крайне пугала Бек, которая считала, что мелкие раны заживут и так и зачастую называла себя собакой, потому что на ней все действительно неплохо заживало, если руки самой девочки не портили процесс, как случилось с ладонью. Хотя она к этому относилась весьма философски, считая, что ничего страшного не произойдет, даже если она увидит кость. Поэтому когда Вир постирала свои вещи (она сама не ожидала, что в карманах штанов окажется столько всего, что теперь лежало красивой кучкой на зеленой сумке рядом с рюкзаком девочки. Мыться ей было крайне некомфортно, но легкость, которая оказалась после, привела ее к мысли, что надо это почаще повторять. Воду она не любила только потому, что та иногда доставляла боль из-за открытых ран, которые почти постоянно были у девочки.
Но ладошку Лю ей все-таки перебинтовала, поскольку Бекки из принципа не собиралась даваться в руки Лалли. Уж больно она казалась паникершей со всеми ее порошочками и прочей гадостью. Но вечер кончился, пусть он и был долгим, а сон не заставил себя долго ждать.
Вир свернулась калачиком на раскрытом и расстеленном спальнике, который кинула прямо на пол, когда ложилась. Ночь для Бек выдалась явно беспокойной: спальник, на котором она лежала, был скомкан. Лицо же разгладилось. Поскольку она ложилась с мокрыми волосами, сейчас вся густая, темно-русая, с золотом и рыжиной от солнца шевелюра стояла дыбом, но не скрывала то, что обычно прятала под волосами девочка. Конечно, глаза были закрыты и стекляшка не была заметна, но остался шрам, рассекающий лоб, были и изуродованные руки с костлявыми локтями и ноги с синяками и острыми коленками, свежими, еще кровоточащими, потому что во сне она содрала корку запекшейся крови, ссадинами на них, поскольку она спала в своем единственном, года три назад приобретенном темно-зеленом платье, все это было видно. Сон – пожалуй, это было единственное время, когда она не контролировала себя абсолютно. Она хотела быть большой и сильной, а во сне… во сне она, свернувшаяся в комок, была еще не выросшим ребенком. Разгладившееся личико светилось спокойствием и радостью.
Тепло подбиралось вместе с духотой. Девочка, однако, никак не собиралась вырываться из сна. Когда она ложилась, у нее ломило все тело от усталости, но было ощущение приближающегося сна. Вот еще немного, стоит закрыть глаза, и будет яркий сон.
Сон пришел. Сначала ей снилась оставленная семья, возвращение домой. Как там ее и вовсе не узнали братья, как отвернулась мать. Когда ей это снилось, лицо Бек исказилось мукой, она пошевелилась и что-то пробормотала, но потом снова засопела ровно, чуть шевельнув руками, на которых лежала, как будто устраиваясь поудобнее.
Но жара делала свое дело: девочке становилось душно, она начинала задыхаться. Каждый вдох во сне и наяву давался ей все сложнее, она хватала ртом воздух. Как только в мастерской началось шевеление, к девочке пришли кошмары. То ли она не хотела отпускать сон, в котором, пусть и было страшно, но ну было обычной боли в руках, не было всего, что нужно было прятать, поэтому она бессознательно держалась за это ощущение легкости и пустоты, а, может, и сон не хотел избавлять свою жертву от страданий. Лицо Вир теперь изменилось, на нем был неподдельный страх. Во сне же она выла и отчаянно хваталась за горло, а в реальности вздрагивала, и, как будто пытаясь защититься, все плотнее прижимала к себе колени.

209

Вчера было... было много всего. по большей части, конечно плохого - парню пришлось перетаскать много воды. Очень много. Хорошо ещё, что не в одиночку, удалось припахать к делу Гражданчика. Сначала, для того, чтобы девушки смогли помыться. Потом для приготовления пищи, потом для того, чтобы помыться самому. И напоследок, после грандиозного устроенного сестре скандала, который, вероятно слышали возле самой АЭС, Дэнни с Терренсом притащили воды в последний раз, с тем, чтобы девушки постирали и их вещи.
В общем, из всего произошедшего, положительных моментов было всего три. Первый - когда Дэнни разводил костёр. Уж чего-чего, а поджечь что-нибудь, да как можно эффектнее парень любил. В этот раз, первоначальный столб пламени был пониже, чем разводимый ещё по дороге в этот полумёртвый-полуживой город, но всё равно смотрелся красиво. Второй положительный, и даже более чем, момент был когда рыжему удалось подглядеть за моющимися девушками, благо - дыр в стенах мастерской было с избытком. Последним же плюсом в череде неприятностей был ночной разговор с Бэкки. В остальном же - всё было хуже некуда. И работа водоносом, которая, казалось, никогда не кончится, и попытка приготовить из имеющейся еды "Рагу по-Муровски", которое, увы, не получилось, к глубочайшему разочарованию парня - попросту нигде не нашлось нужных специй, а потому, пришлось варганить самое обыкновенное рагу ирландское...
Просыпался Дэнни снова в обнимку с кем-то. В памяти тут же всплыло позавчерашнее пробуждение, но уже моторная память, подсказала парню, что Ванесса была всё же... более выдающаяся вперёд... Впрочем, едва только облегчённо вздохнув, рыжий снова застыл поражённый следующей мыслью "Если это не Ванесса, то кого я только что полапал?" и сглотнув, снова приготовившись к неприятностям, Дэнни медленно открыл глаза.

210

Лалли имела все основания гордиться собой – целый богатый на события день, во время которого ей почти не удалось отдохнуть, и после этого три пациента, и она не допустила ни одной ошибки.
Она вымылась вместе с остальными девушками, хотя и смущалась немного присутствия Люси и Бекки, и приняла посильное участие в постирушках. Хотела было предложить помощь в готовке, но постеснялась. Да и к этому моменту девушка чувствовала сильную усталость, так что вряд ли от неё толк бы был.
Лалли казалось, что она уснет мгновенно, но стоило ей лечь, как куда и сон делся… И дело было не в некомфортном «ложе», жизнь в Рено приучила девушку довольствоваться малым. Она не могла уснуть от переутомления, от обилия дневных впечатлений. Девушка лежала неподвижно, что бы ни разбудить остальных, и размышляла о новых знакомых.
Вольт… Хитрый и себе на уме, пожалуй. И недоверчивый, наверное, потому и из мастерской ушел. Но только зря он это. Руку лучше не тревожить, хотя бы до завтрашнего утра.
Терренс… забавный. И сильнее, чем с виду кажется. Совсем не похож на жителей Города-Убежища, какими их в рассказах описывают.
Бекки… роскошные волосы и колючий нрав. Из тех девушек, что дружат с мальчишками и авансом воюют со всем миром. И побеждают.
Люси… пожалуй, на ней тут все держится. Именно она стержень команды.  Сильная и уверенная, а глубоко внутри - мягкая и женственная, хоть и не всегда это видно.
Дэнни…
тут она слегка улыбнулась. Дэнни - рыжий, и этим все сказано. С одной стороны, совсем не похож на Люси, а с другой… сразу видно, что они брат и сестра. А еще он очень её любит.
Отношения между Мурами вызывали у Лалли легкую зависть, напоминая о её собственных отношениях с родителями.
С годами боль от их потери ослабла, и сейчас воспоминания о родителях приносили только покой и тепло. Согретая этим теплом,  Лалли, наконец, смогла уснуть. Ей даже снилось что-то – пестрая путаница, мешанина из увиденного накануне. Но бессонная половина ночи даром не прошла, и спала девушка очень крепко. Настолько крепко, что её не разбудил даже некоторый шум, поднявшийся после пробуждения остальных.


Вы здесь » F.R.P.G. FALLOUT » Гекко » Мастерская Скитера